Администрация города Тюмени. ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПОРТАЛ


  • Власть Город Тюмень Экономика и финансы Общество Информация Архив новостей Отправить письмо Поиск по сайту Карта сайта    

Иван Тимофеев

Всему свое время

Иван Тимофеев 60 лет назад

Председатель Совета ветеранов труда предприятия «АтлантАвто» Иван Тимофеевич Тимофеев приехал в наш город в 1959 году. Тюменский лесотехникум тогда обрел нового преподавателя… А родился Ваня Тимофеев в чувашской деревне Сугайкасы недалеко от станции Канаш. Когда началась Великая Отечественная война, ему было шесть лет.

БЕЗ ВРАЖДЫ

Что-то сказать о самой войне мне затруднительно. Отец Тимофей Романович, наверное, писал письма с фронта, но я их не видел. Где и как воевал отец, ушедший на фронт в 1942 году, - не знаю. Только потом узнал, что он похоронен в братской могиле у деревни Переслегино, что недалеко от Великих Лук.

Военные действия до моей малой родины не дошли. Самолеты не пролетали, но звуки бомбежки я все же слышал. А еще видел, как технику на фронт везли по железной дороге.

Встречал я и немцев. Пленных. Ненависть? Нет, вражды точно не было. Такие же люди, как и все. Очень хорошо помню, что жили они в деревянном бараке, похожем на арочный склад, а работали на крупном вагоноремонтном заводе в Канаше. Видимо, заслужили уважение, а потому их никто не охранял. Есть им было нечего, вот они по вечерам и скитались по близлежащим деревням. Взрослые боялись их в дом пускать, а мы, дети, подкармливали. Без ведома родителей выносили продукты: три картошины, свеклу да вилок капусты. Мы ели примерно то же самое. Выбирать не приходилось. Картошка никому и никогда не надоедала. Мать ее, в основном, варила в мундире. Ели ее с солью. А еще был белый суп: капуста, картошка и лук. О каком-то любимом блюде даже не думали. Важно было хоть чем-то заполнить желудок.

КОНЬКИ

А еще в нашей деревне во время войны стоял учебный полк, где новобранцев учили стрелять и ходить строевым шагом. Селили их по домам. Наш не отличался от других - небольшой, однокомнатный, с русской печью, на которой мы и спали. Новобранцы приходили только ночевать. Спали на полу - на соломе, укрывшись шинелями. В армию они ушли с котомками, на которых как раз были хорошие ремни.

Один такой ремень я себе отрезал, чтобы наконец-то покататься на коньках. Мне их купил отец перед уходом на фронт. Хорошие коньки, металлические. Они тогда были редкостью - друзья катались на деревянных с металлической полосой. Осталась маленькая проблема - как их привязать к ногам? Вот и решил.

Но счастье мое длилось недолго. Солдату на фронт уходить, а у него вещмешок испорченный. Не в руках же его нести? Подняли страшный шум. А когда увидели мои коньки, сразу все и поняли. Ох, и попало же мне тогда.

ПРЯТКИ

Считаю, что детство мое было обычным. Кто-то из взрослых делал нам деревянные макеты винтовок и автоматов, и мы играли в войнушку. А еще недалеко от деревни в овраге было учебное стрельбище. Мы собирали гильзы и свистели потом при их помощи.

Любили играть в прятки. У дяди Андрея было пятеро детей. Мы к ним ходили. Во дворе - дровяник, сеновал, телеги. Было куда спрятаться. Победивший обычно кричал: «Мы победили! Ура! Наше дело правое!»

В начале войны здание школы отдали штабу учебного полка. Поэтому нас учили в маленьких комнатах, в частных домах. Каждый класс - в отдельном доме. Кто на полу сидел, кто на скамейке, кто на печке. Со мной было человек 20. Никаких учебников не было. Писали на газетах, бумаги же не было. Не было у нас и чернил. Сушили кору дуба. Мочили водой и этой жидкостью писали перьевыми ручками. Цвет получался разный - то коричневый, то черный.

НЕПОСЛУШНЫЕ КОРОВЫ

Самым несчастливым для меня стал 1943 год. Я ведь был старшим из детей. Сестре Вале после расставания с отцом было пять лет, а младшему брату - всего два. Раз я старший, то занимался в основном по хозяйству - поил, кормил, встречал и провожал скот. А еще работал в огороде. Мама была бригадиром в колхозе. Работала она много: на покосе, на жатве, на молотьбе.

Запомнились на всю жизнь события 21 сентября. Утром мне нужно было собрать по всей деревне коров и пригнать их к определенному месту, где их уже забирал пастух. Но в тот день скот меня не слушался. Коровы начали бодаться. Я немного растерялся, взял палку, начал ей размахивать и кричать на коров. Те на меня чихали, продолжая толкаться. Одна из них, пятясь, наступила мне на левую ногу и сломала ее в районе голеностопа. Да так, что кости раздробила. Было очень больно! Кричал сильно, но взрослых не было. Как-то выполз подальше от стада на дорогу. Тут и пастухи подошли. Один из них сразу побежал на работу к моей матери. Та примчалась, но что делать? Под руками была только двухколесная тележка, на которой возили сено и солому. Положила меня и повезла домой. А я ору не останавливаясь. В нашей деревне был только фельдшер. Чем бы он мне помог? Мать побежала в колхоз, выпросила телегу и то ли коня старого, то ли быка. Точно не помню. Но ехали мы медленно. Добрались до Канаша, а там все поликлиники и госпитали заняты ранеными бойцами. Гражданских не принимали. Проездили по городу целый день и ни с чем вернулись домой. На следующий день мать - Анастасия Кузьминична - отвезла меня к целительнице в другую деревню. Старуха затопила баню, обработала горячей водой мою ногу и положила на нее березовую кору вместо гипса. Но это не помогло - боль не проходила. В итоге мать через военкомат добилась разрешения, чтобы меня лечили в городской больнице. Там-то мне уже наложили гипс по всем правилам.

Лежу неделю дома, лук перебираю. Измучился уже. И получаем извещение из военкомата - 18 сентября 1943 года в госпитале от ран умер отец. Вот тогда мать действительно рвала на себе волосы!

Год вообще вышел плохим - еще в феврале мы похоронили маму отца. А вот деда я не видел - он умер еще до моего рождения. Родителей мамы раскулачили в 1932 году. Отобрали дом и скот и направили в Троицк Челябинской области. Мать рассказывала, что зимовать им на Урале пришлось в обыкновенной палатке. Через год она сбежала в Чувашию, где познакомилась с моим отцом и вышла за него замуж.

ИСТОРИИ

Война завершилась. Радостную новость мы узнали как раз у здания нашей школы. Военные к тому моменту ее освободили. Встретили новость криками «Ура!» Кепок и фуражек у нас не было. Поэтому мы кидали в небо зимние шапки. Может, потому что холодно было?

После войны много земляков не вернулись домой. А те, кто пришел, -тот хромой, тот косой. Некоторые пожили годик-два и уходили в иной мир. А вот мой сосед, Иван Тимофеевич Тимофеев, долго жил. Не родственник он мне. Тимофеевых по деревне у нас было с десяток семей. Иван Тимофеевич пришел с фронта без ноги. Рассказывал, что завершил войну в Чехословакии в звании майора, а демобилизовался почему-то капитаном. Нам мальчишкам те звания были до лампочки. Просто сидели и слушали истории.

ТЕХНИКА

В 1946 году в нашей деревне появился трактор. Работал на нем Петр Иванович Денисов, но недолго. Как-то уснул, и трактор в овраг свалился. Сам остался жив, а вот технику повредил. И опять остались мы без трактора. Сразу после войны я впервые увидел машину. Это был грузовой ЗИС-5. Дети бегали за ним по деревне и кричали «Ура!» А стационарный комбайн в колхозе появился только в 1950 году.

Особо я на коньках так и не покатался. Уже когда в Тюмень приехал - около 25 лет мне было. Попытался встать на коньки, но не получилось. Всему свое время.

Вместо послесловия.

Ответ на запрос в архив военного комиссариата Чувашской республики Войсковая часть полевая почта 62931.

Ваш муж гвардии красноармеец-стрелок Романов Тимофей Романович 1909 г. р., уроженец д. Сугайкасы, находясь на фронте, умер от ран 18 сентября 1943 г. Похоронен: Калининская обл., Великолукский район, д. Грицково, могила N 24.

Рядовой Романов Тимофей Романович перезахоронен в братской могиле д. Переслегино.

Воспоминания записал Василий Коньков

 
Время выполнения скрипта: 0,1256, запросов к базе: 5
ваш ip: 54.167.112.42